Дмитрий Беляев
12.09.2011 «Нива», Англия, Великобритания, Родина, Россия , , , , , , , , , , ,

Великая Британія

Журнал «Нива». №25 за 1909 годМногое ли изменилось в отношениях России и Англии за последние 100 лет? Для ответа на этот вопрос мы снова обратимся к дореволюционному журналу «Нива», а точнее — к 25-ому его выпуску за 1909 год.

Речь в заметке политического обозрения идет о лондонском съезде журналистов всех великобританских колоний:

В Англии произошло событие колоссальной мировой важности. По внешности оно было чрезвычайно скромным, но внутреннее его значение в современной жизни целого света и в будущем складе международных отношений чрезвычайно велико. Событие это прошло под именем съезда английских журналистов. Мало ли какие бывают профессиональные съезды? Хотя печать именуется любезными дипломатами седьмой великой державой, но это нисколько не мешает ей пребывать в вассальной зависимости от многих мелкодержавных владык.

Если даже смотреть на журналистику, как на самую влиятельную из профессий, то и в таком случае мировое значение лондонской конференции журналистов все еще остается непонятным. Разгадка этого культурно-политического ребуса заключается в том, что в Лондон съехались журналисты всех английских колоний, образовавшие всемирный конгресс английского слова и английской общественной мысли из представителей от всех пяти частей света. Сила журналистов  заключается не в их личном влиянии на общество, а в их способности быть верными выразителями стремлений и желаний последнего.

Газета — это рупор, через который народ слышит свой собственный голос. Она приобретает неодолимое влияние, почти диктаторскую власть над людьми и событиями, формулируя волю и живую мысль нации. Именно в таком положении очутилась влиятельнейшая в мире английская печать. Представители ее, собравшиеся в Лондоне, уже самим фактом своего съезда провозгласили лозунг национального объединения в значительной степени политически разъединенных и разобщенных колоний.

В съезде приняли участие представители печати Нью-Фаундленда, Канады, Индии, Цейлона, Новой Зеландии, Южной Африки, Египта и Австралии, по адресу которой один из ораторов заметил, что при количестве населения немножко меньшем, чем население Лондона, она позволяет себе роскошь иметь семь правительств и семь столиц. Колониальные журналисты всебританского съезда чествовались, как никогда не чествовался не только журналистический, но и никакой другой съезд. Главные министры, первые вожди оппозиции, генералитет и аристократия участвуют в работах съезда. Королевская фамилия, аристократия и тузы Сити устраивали банкеты и приемы. Имперская конференция журналистов сразу приобрела значение крупной манифестации имперских чувств. Влияние ее так велико, что ее прения затмевают собой дебаты, происходящие в обеих палатах. Приветственная речь лорда Розбери к членам съезда начиналась с заявления, что в Лондоне все они — у себя дома. Но они ехали через океаны не только для одного платонического признания родства. Нет, у их общей матери есть теперь огромная забота, непосредственно касающаяся всех ее детей. Эта забота — устранить опасность, вызываемую угрожающими вооружениями соседей. Соседство с агрессивной державой, ассигнующей на экстренные нужды судостроения по 250 милл.руб. и грозящей вернуть Европу к ужасам беспощадной 30-летней войны, вынуждает и Англию строить броненосцы, пока есть в казне последний шиллинг, пока есть в стране последний годный для морского дела матрос…

Защита империи сосредоточена в руках метрополий, и участь колоний решится в Северном море. Обоюдный интерес борьбы за существование повелительно предписывает слиться как можно теснее для отражения опасных врагов, и разумная политика будущего должна быть построена на началах взаимного страхования от грозящей беды. Такой же характер носили и речи колониальных журналистов. Они решили рекомендовать населению личными пожертвованиями увеличить имперский флот и стоять за всеобщее военное обучение. Таким образом, имперская конференция журналистов превратилась в конгресс миссионеров имперской идеи; разъехавшись с конференции, они будут проповедовать эту идею, распространять ее среди многих языков, населяющих империю. Съезд несомненно сделал великое дело — грядущее сплочение империи уже и теперь многие считают совершенно обеспеченным. Интерес существования вынуждает Англию к коренной перестройке всей своей политической конструкции, к превращению ее во всемирную федерацию независимых государств. Несомненно, что Великобританская империя, объединяющая 400 миллионов граждан, будет иметь гораздо больше весу и значения, чем незначительное королевство английское.

 

 

Всю важность владения и управления информационными потоками англичане понимали и сто лет тому назад. Поэтому этой столь, казалось бы, незначительной «профессиональной» конференции придавалось такое значение, что ее отголоски дошли до русской периодики.

Несмотря на все разговоры о том что «время империй прошло» и страхи Западного мира не тему «Путин воссоздает Империю», немногие знают, что формально Британская Империя прекратила свое существование в 1997 (!) году. Через 6 лет после развала СССР и через 80 лет после разрушения Российской Империи. Кто бы говорил нам про имперские амбиции, а, сэры и лорды?

Фактически же почившая в бозе Британская Империя продолжает существовать под слегка измененной вывеской Соединённого Королевства, сохраняющего суверенитет над 14 территориями за пределами Британских островов.

Не будем забывать о том, что Королева Великобритания, несмотря на заверения школьных учебников о том, что «королева властвует, но не правит» («Queen reigns, but doesn't rule»), является монархом таких государств как Канада, Австралия, Новая Зеландия и других государств из Содружества Наций, которое состоит из Британии и находящихся в сфере ее влияния бывших колоний.

Самое забавное, что у, казалось бы, самой либеральной и демократичной Великобритании, дома всех диссидентов и революционеров, нет писанной конституции.

Кто-то скажет, что генерал-губернатор является высшим представителем власти, например, в Австралии. Но это утверждение в корне неверное, потому что он является главой только исполнительной ветви власти, а по факту он является официальным представителем в Австралии монарха Австралии, которым была, есть и будет является Елизавета II.

Если Британская Империя «прекратила» свое существование всего 14 лет назад, куда же делись ее интересы? Они остались прежними.

«У Англии нет постоянных друзей — у Англии есть только постоянные интересы» — говорил Уинстон Черчилль. И за этими интересами наблюдает весь мир уже ни одно столетие. Еще совсем недавно бывший премьер-министр Туманного альбиона Тони Блэр ходил в советниках ливийского лидера Муаммара Каддафи, а сегодня следующий его коллега Дэвид Кэмерон заявляет о потере им рукопожатности. Наглядное подтверждение словам Черчилля.

И последнее. Все доблестные борцы с российской государственностью всегда получали приют в застенках Лондона. Оттуда они писали свои пасквили про «тюрьму народов» и сейчас пишут и ретранслируют через своих местных коллег про «кровавую гбню». Так вот, к разговору о коррупции. Нам часто приводят данные о «независимого» агентства Transparency International от том, что мы находимся по уровню коррупции где-то между Папуа — Новой Гвинеей и Таджикистаном. И никто из тех, кто ссылается на подобные сомнительные исследования, не говорит о том, что главой столь любимого ими государства Папуа — Новой Гвинеи является достопочтенная Елизавета II.

Отсюда возникает вопрос. Почему коррупция до сих пор не побеждена в этом маленьком островном государстве? Думаю, на этот вопрос каждый ответит для себя сам.

Поделиться

Новости от партнёров

MediaMetrics

Комментарии Правила дискуссии

Читайте ранее:
911
9/11. 10 лет спустя

Сегодня исполняется 10 лет с момента величайшей трагедии американского народа. Расследование обстоятельств, выводы о том, что факты не соответствуют официальным...

Закрыть