Дмитрий Беляев
01.09.2016 Война, Мифы, СССР

Разрушение мифов. Как Сталин «по глобусу командовал»

Читаю интересную книгу авторства известного советского писателя Константина Симонова. Называется она «Глазами человек моего поколения». Особая ценность её заключается в том, что это не только личные воспоминания о сталинском Союзе одного из лучших советских писателей и военных корреспондентов, но и приведённые в книге интервью, которые он брал у советских маршалов — Жукова, Василевского, Конева. В ней нет, как бы это так сказать, веяний нашего времени — чрезмерной оценки «за» или «против» Сталина. Никто не брызжет слюной ненависти, равно как никто не провозглашает его святым. Всё довольно взвешено, что и представляет собой интерес для читателя.
Так вот, несмотря на то, что на ХХ съезде с известным «секретным» докладом Хрущёва был вброшен миф, якобы Сталин командовал войсками «по глобусу», спустя годы после кампании по дискредитации Сталина маршал Жуков, который не очень-то его и любил, но уважал, рассказывает, как на самом деле работала Ставка Верховного Главнокомандующего.

Итак, слово Георгию Константиновичу Жукову:

В стра­теги­чес­ких воп­ро­сах Ста­лин раз­би­рал­ся с са­мого на­чала вой­ны. Стра­тегия бы­ла близ­ка к его при­выч­ной сфе­ре — по­лити­ке, и чем в бо­лее пря­мое воз­дей­ствие с по­лити­чес­ки­ми воп­ро­сами всту­пали воп­ро­сы стра­тегии, тем уве­рен­нее он чувс­тво­вал се­бя в них.

В воп­ро­сах опе­ратив­но­го ис­кусс­тва в на­чале вой­ны он раз­би­рал­ся пло­хо. Ощу­щение, что он вла­де­ет опе­ратив­ны­ми воп­ро­сами, у ме­ня лич­но на­чало скла­дывать­ся в пос­ледний пе­ри­од Ста­лин­градской бит­вы, а ко вре­мени Кур­ской ду­ги уже мож­но бы­ло без пре­уве­личе­ния ска­зать, что он и в этих воп­ро­сах чувс­тву­ет се­бя впол­не уве­рен­ным.

Что ка­са­ет­ся воп­ро­сов так­ти­ки, стро­го го­воря, он не раз­би­рал­ся в них до са­мого кон­ца. Да, собс­твен­но го­воря, ему как Вер­ховно­му глав­но­коман­ду­юще­му и не бы­ло пря­мой не­об­хо­димос­ти раз­би­рать­ся в воп­ро­сах так­ти­ки. Ку­да важ­нее, что его ум и та­лант поз­во­лили ему в хо­де вой­ны ов­ла­деть опе­ратив­ным ис­кусс­твом нас­толь­ко, что, вы­зывая к се­бе ко­ман­ду­ющих фрон­та­ми и раз­го­вари­вая с ни­ми на те­мы, свя­зан­ные с про­веде­ни­ем опе­раций, он про­яв­лял се­бя как че­ловек, раз­би­ра­ющий­ся в этом не ху­же, а по­рой и луч­ше сво­их под­чи­нен­ных. При этом в ря­де слу­ча­ев он на­ходил и под­ска­зывал ин­те­рес­ные опе­ратив­ные ре­шения.

К это­му на­до до­бавить, что у не­го был свой ме­тод ов­ла­дения кон­крет­ным ма­тери­алом пред­сто­ящей опе­рации, ме­тод, ко­торый я, во­об­ще го­воря, счи­таю пра­виль­ным. Пе­ред на­чалом под­го­тов­ки той или иной опе­рации, пе­ред вы­зовом ко­ман­ду­ющих фрон­та­ми, он за­ранее встре­чал­ся с офи­цера­ми Ге­нераль­но­го шта­ба — май­ора­ми, под­полков­ни­ками, наб­лю­дав­ши­ми за со­от­ветс­тву­ющи­ми опе­ратив­ны­ми нап­равле­ни­ями. Он вы­зывал их од­но­го за дру­гим на док­лад, ра­ботал с ни­ми по пол­то­ра, по два ча­са, уточ­нял с каж­дым об­ста­нов­ку, раз­би­рал­ся в ней и ко вре­мени сво­ей встре­чи с ко­ман­ду­ющи­ми фрон­та­ми, ко вре­мени пос­та­нов­ки им но­вых за­дач ока­зывал­ся нас­толь­ко хо­рошо под­го­тов­ленным, что по­рой удив­лял их сво­ей ос­ве­дом­ленностью.

Пом­ню один из та­ких раз­го­воров, ког­да он вдруг спро­сил ме­ня про ка­кую-то де­рев­ню, кем она за­нята — нем­ца­ми или на­шими. Мне, в то вре­мя ру­ково­див­ше­му дей­стви­ями двух фрон­тов, бы­ло не­из­вес­тно, кем за­нята эта де­рев­ня. Я так и ска­зал ему об этом. Тог­да он под­вел ме­ня к кар­те и, ска­зав, что эта де­рев­ня за­нята нем­ца­ми, по­сове­товал об­ра­тить на нее вни­мание.

— Как на­селен­ный пункт она ни­чего из се­бя не пред­став­ля­ет, — ска­зал он, — мо­жет быть, са­мой де­рев­ни пос­ле бо­ев во­об­ще не су­щес­тву­ет. Но ес­ли взять кон­фи­гура­цию все­го учас­тка фрон­та, то пункт этот су­щес­твен­ный и в слу­чае ак­тивных дей­ствий нем­цев он мо­жет пред­ста­вить для нас из­вес­тную опас­ность.

Пос­ле то­го как я сам пос­мотрел на кар­те кон­фи­гура­цию это­го учас­тка фрон­та, я дол­жен был сог­ла­сить­ся с пра­виль­ностью его оцен­ки. Это все­го лишь один при­мер та­кого ро­да.

По­жалуй, при по­мощи та­кого ме­тода он по­рой лю­бил под­чер­кнуть пе­ред на­ми свою ос­ве­дом­ленность, но все же глав­ное сос­то­яло в том, что его ос­ве­дом­ленность бы­ла не по­каз­ной, а дей­стви­тель­ной, и его пред­ва­ритель­ная ра­бота с офи­цера­ми Ге­нераль­но­го шта­ба для уточ­не­ния об­ста­нов­ки пе­ред при­няти­ем бу­дущих ре­шений бы­ла ра­ботой в выс­шей сте­пени ра­зум­ной.

В на­чале вой­ны — го­воря так, я в этом смыс­ле от­ме­чаю как ру­беж Ста­лин­градскую бит­ву — слу­чалось, что, выс­лу­шивая док­ла­ды, он иног­да де­лал за­меча­ния, сви­детель­ству­ющие об эле­мен­тарном не­пони­мании об­ста­нов­ки и не­дос­та­точ­ном зна­нии во­ен­но­го де­ла.

Так, нап­ри­мер, бы­ло, ког­да ле­том 1942 го­да мне приш­лось док­ла­дывать ему по За­пад­но­му фрон­ту об опе­рации, свя­зан­ной со взя­ти­ем По­горе­лого Го­роди­ща. Я док­ла­дывал ему о на­несе­нии двух уда­ров: спра­ва — глав­но­го, сле­ва — вспо­мога­тель­но­го. Спра­ва на кар­те бы­ла боль­шая, глу­бокая крас­ная стре­ла, сле­ва — не­боль­шая. Об­ра­тив вни­мание на эту вто­рую стре­лу, он спро­сил:

— А это что та­кое?

Приш­лось объ­яс­нить, что ма­лая стре­ла обоз­на­ча­ет вспо­мога­тель­ный удар.

— Ка­кой еще там вспо­мога­тель­ный удар? Ка­кого чер­та нам раз­бра­сывать си­лы? На­до сос­ре­дото­чить их в од­ном мес­те, а не раз­бра­сывать.

Приш­лось док­ла­дывать, как мною за­думан этот вспо­мога­тель­ный удар, что, уда­рив в двух мес­тах, мы дол­жны соз­дать у про­тив­ни­ка не­уве­рен­ность, в ка­ком из них на­носит­ся глав­ный удар, дол­жны ско­вать часть его ре­зер­вов на нап­равле­нии на­шего вспо­мога­тель­но­го уда­ра, что­бы он не ус­пел ими сма­нев­ри­ровать, ког­да на вто­рые сут­ки опе­рации об­на­ружит, где мы в дей­стви­тель­нос­ти на­носим глав­ный удар.

Нес­мотря на то что мое объ­яс­не­ние, ка­залось, бы­ло убе­дитель­ным, он ос­тался не­дово­лен им. Я про­дол­жал до­казы­вать свое.

В кон­це кон­цов он, так и не сог­ла­сив­шись с мо­ими до­вода­ми, ска­зал:

— Вас не пе­ре­убе­дишь. Вы ко­ман­ду­ющий фрон­том и от­ве­ча­ете за это.

Приш­лось от­ве­тить, что я по­нимаю, что я ко­ман­ду­ющий фрон­том, и го­тов нес­ти пол­ную от­ветс­твен­ность за то, что я пред­ла­гаю.

На этом и за­кон­чился тот раз­го­вор, до­воль­но ха­рак­терный для пер­во­го пе­ри­ода вой­ны.

Впос­ледс­твии, во вто­ром пе­ри­оде, ког­да об­сужда­лись пла­ны опе­рации, Ста­лин, на­обо­рот, не раз сам ста­вил воп­ро­сы: нель­зя ли на­нес­ти еще вспо­мога­тель­ный удар, про­демонс­три­ровать, рас­та­щить си­лы ре­зер­ва про­тив­ни­ка? Имен­но с та­ким го­раз­до бо­лее глу­боким по­нима­ни­ем этих воп­ро­сов бы­ло свя­зано в даль­ней­шем пла­ниро­вание це­лой се­рии на­ших пос­ле­дова­тель­ных уда­ров раз­ных фрон­тов, в осо­бен­ности так на­зыва­емых «де­сяти ста­лин­ских уда­ров» 1944 го­да.

Как видите, миф о командовании «по глобусу» — он очень легко развенчивается.

Книга достаточно суровая, но она-то как раз и раскрывает полноту исторической личности. Нет такого, как сейчас, когда одни стараются привесить к его портретам нимб, а другие вторят Хрущёву и нацисткой пропаганде и всеми силами стараются очернить советский период нашей истории. Константин Симонов рассказывает и о своих встречах со Сталиным, но это уже совсем другая история.

Кто заинтересовался книгой — вот прямая ссылка. Можете прямо в Яндекс.Браузере открыть и читать.

Поделиться

Комментарии Правила дискуссии

Читайте ранее:
«Яблоко» против «Партии Роста». Как либералы топят друг друга перед выборами

Известно, что громче всех «Держи вора!» обычно кричит сам вор. Деятели либерального толка постоянно пытаются убедить нас в том, что...

Закрыть